— Роман Васильевич, страны, председательствующие в Европейском союзе, меняются раз в полгода. Это, наверное, не может не оказывать влияния на степень и глубину сотрудничества Украины и ЕС. Или это не совсем так?

— Безусловно, это оказывает определенное влияние на интеграционные процессы. Однако следует отметить, что при всем разнообразии подходов и особенностей, привносимых каждой из стран, неизменным остается одно: при решении стратегических задач, касающихся, в частности, взаимодействия Киева и Брюсселя, смена председателя практически незаметна. И, в принципе, далеко не главное, кто в данный момент председательствует в Евросоюзе. Общие ценности и сам метод принятия решения в рамках Европейского союза — стремление к гармонизации отношений, которые строятся на максимальном учете интересов всех участников сообщества, — это демонстрация солидарной ответственности, которую в равной степени несут все члены ЕС.

— Из уст украинских политиков часто можно слышать, что самым большим лоббистом интересов Украины в Евросоюзе является Польша. Вскоре Варшава станет полноценным членом ЕС. Можно ли говорить, что с этого момента появится дополнительное интеграционное ускорение?

— Самым активным нашим лоббистом может быть только сама Украина. При этом ее главная, как мне кажется, задача по интеграции в Европейское сообщество — определение места страны в системе европейской безопасности. Не погрешу против истины, если скажу, что прогресс в выполнении любой цели (тем более стратегической) в значительной степени зависит от гармонизации отношений в самом обществе. Прежде всего, в отношениях между ветвями власти. Это и понятно: ведь за систему ценностей в равной степени несут ответственность все ветви власти в Украине.

Хотя, безусловно, не стоит и приуменьшать значения расширения Европейского союза. Говоря о новых членах, хотелось бы, кроме Польши, упомянуть государства Балтии, Словакию. Эти страны, несомненно, сыграют положительную роль в дальнейшем сближении Европейского союза с Украиной. Хотя, повторюсь, в значительной степени темпы интеграции зависят только от нас.

— Какая роль в этом процессе принадлежит постоянному представительству Украины при Европейском союзе?

— Напомню, что Европейский союз, каковым мы его знаем сегодня, начинался с общего европейского рынка, с соглашения о тарифах на производство и торговлю сталью и углем. По мере создания экономического фундамента формировались общие подходы к тому, что мы называем общечеловеческими ценностями: свободе слова, свободе средств массовой информации, формированию общего рынка труда. Все это дало возможность сформировать общие подходы к единой политике.

Среди задач, которые решаются нами в Брюсселе, я бы выделил организацию всевозможных семинаров, встреч и круглых столов с привлечением деловых кругов Украины и стран — членов Евросоюза. В январе, в частности, при нашем непосредственном участии в Брюсселе была открыта торгово-экономическая миссия Украины при ЕС.

— Надеюсь, в число ваших задач уже не входит необходимость доказывать, что Украина — часть Европы?

— Конечно. В явном виде задача так не ставится. Но, к сожалению, нередко бывают случаи, когда приходится оправдываться за весьма неевропейское поведение представителей Украины.

— Что вы имеете в виду?

— Прежде всего, необязательность, которая нередко сводит на нет все изначальные позитивные намерения. К примеру, мы поддержали инициативу одной из местных компаний по популяризации Украины. Ее сотрудники за свои средства вылетели в Киев, провели там ряд встреч. А при попытке размещения интервью в прессе возникла заминка: наши чиновники захотели согласовать текст до появления его в печати. Ладно, сумели мы втолковать, что так поступить целесообразно. Интервью послали в Киев, и с тех пор, как говорится, ни ответа ни привета. И я даже не сомневаюсь, что информация об этом «украинском опыте» распространится значительно раньше, чем будет получен ответ из Киева. Если он вообще придет.

— Возможно, надо отнести к нашему менталитету извечную привычку преодолевать последствия собственных просчетов. Я имею в виду то, как резко отреагировала Парламентская ассамблея Совета Европы на политреформу в Украине.

— Действительно, критику со стороны Совета Европы мы вызвали сами. Моя точка зрения: не следует называть предполагаемые изменения политической системы ни парламентским, ни, тем более, политическим кризисом. А из того, что произошло в Страсбурге, следует извлечь правильный урок. И признать «узким местом» предполагаемых конституционных изменений именно информационное поле. Здесь опять проявился наш менталитет: зачем пояснять то, что и так понятно! Недостаток информации о конечной цели проводимой реформы, о средствах, которыми она будет осуществляться, недостаточная работа с дипломатическим корпусом — все вместе наложило отпечаток на прозвучавшие в Страсбурге оценки.

— Говоря о существенном расширении Европейского союза, нередко можно слышать тезис о том, что, поскольку «новобранцы» будут играть по новым правилам, это неизбежно приведет к некоторым экономическим потерям на уровне двусторонних отношений. Ставится также вопрос о компенсациях потерь, связанных с изменением торговых правил. Как бы вы прокомментировали эту проблему?

— На уровне экспертов вопрос последствий расширения ЕС для Украины поднимался неоднократно. Это факт. Вот и на этой неделе в Брюссель прибывает солидный десант из Киева, чтобы еще раз «сверить часы». Однако при этом следует помнить, что только члены ВТО могут ставить вопрос о компенсациях, опираясь на серьезную юридическую базу. Напомню, что Украина много сделала на этом пути. Большая часть из необходимых для этого протоколов уже подписана, в том числе и Евросоюзом. При этом следует помнить, что интенсификация процесса вступления Украины во Всемирную торговую организацию — это один из подходов к уменьшению негативных последствий расширения Европейского союза. При этом необходимо помнить о существовании другого пути. Я имею в виду ускорение экономических реформ в Украине. Чтобы говорить о доступе украинских товаров на европейский рынок, они (товары) должны соответствовать определенным стандартам. Всего таковых на европейском рынке действует девять тысяч. К настоящему времени Польша, Чехия, Венгрия адаптировали свое законодательство к более чем шести тысячам действующих европейских стандартов. В «арсенале» Румынии и Болгарии — чуть меньше трех тысяч. А у Украины — не более 550—600. Есть над чем работать. Нужно ли говорить, что за нас эту работу делать никто не будет.

— Еще один аспект отношений между Украиной и ЕС — нефтепровод «Одесса — Броды — Гданьск». Полагаю, в Брюсселе положительно оценили решение о западном направлении прокачки нефти. Можно ли считать, что расширение ЕС скажется положительно на темпах строительства участка от Брод до Гданьска и далее?

— Нефтепровод «Одесса—Броды» становится частью общеевропейской системы и, безусловно, будет способствовать уровню безопасности поставок энергоносителей в Европу. Вне всякого сомнения, при принятии решения Украина руководствовалась исключительно собственными национальными интересами и провозглашенным курсом на евроинтеграцию. Уже в этом году пойдет первая нефть в Европу. Пока будет строиться польский участок, нефть предполагается поставлять в Польшу, Чехию и Германию железнодорожным транспортом. А также по существующей трубопроводной системе через Словакию. Как известно, решение о транспортировке через словацкую территорию еще не принято. Но Украина надеется, что после 1 мая ситуация изменится: дальнейшая волокита со стороны Братиславы неизбежно вызовет ответную реакцию в Еврокомиссии, которая вправе потребовать, чтобы словаки играли по общеевропейским правилам. Этот пример как нельзя лучше демонстрирует преимущества, которые Киев получит от расширения Евросоюза.

— Наше интервью проходит на следующий день после завершения в Брюсселе работы семинара «Европа против антисемитизма». Как известно, недавно за разжигание межнациональной розни в Киеве было вынесено судебное решение о прекращении выхода газеты «Сільські вісті». По моей информации, на судью, принявшую это решение, пытаются «надавить».

— В выступлениях участников семинара неоднократно звучал тезис, который я также разделяю: СМИ ответственны за то, что они печатают, а их собственники должны нести ответственность за то, чтобы в печать не попадали материалы, разжигающие межнациональную рознь. Мне кажется, что настоящий судья никогда не пойдет на отмену собственного решения, а любая форма политического давления просто недопустима. Верховенство права — один из краеугольных камней, на который опираются нормы европейской демократии.